Agroinno.ru - агроновации и системные риски

Аналитика

РИСКИ ЗАТМИЛИ ПЕРСПЕКТИВУ

СПЕКУЛЯТИВНАЯ МОДЕЛЬ ЭКОНОМИКИ ЖИВЕТ И РАЗВИВАЕТСЯ, КАК И ДО КРИЗИСА

gontmaher_nikolaev1

 

Евгений Гонтмахер и Игорь Николаев (слева направо)

В начале мирового экономического кризиса ведущие аналитики и эксперты планеты признали, что спекулятивная модель экономики, еще называемая современным капитализмом, не оправдала себя. Экономические риски в формате пузырей возникают стихийно и, по правде говоря, объективно, в соответствии с характером экономической политики. Государства в желании добавить экономике предсказуемости стали вводить плановые элементы в свою политику. Но главного не произошло и, похоже, уже не произойдет, желание обогатиться за одну ночь, к примеру, на Forex, у участников рынка не исчезло. Но это уже поведенческая экономика, которая ближе к социальной психологии.

15 декабря 2010 года в Москве прошло очередное заседание Экономического клуба ФБК «Экономические перспективы – 2011». Ведущие эксперты подвели итоги уходящего года, а также озвучили прогнозы относительно того, какие риски и возможности принесет наступающий год.

Директор департамента стратегического анализа ФБК Игорь Николаев высказал мнение, что уходящий год стал неудачным с точки зрения ликвидации причин кризиса. «Можно спорить, закончен кризис или нет, но породившие его причины не устранены. В частности, не предпринимались попытки снизить спекулятивность экономики», - отметил эксперт. Он обратил внимание, что рост ВВП по итогам года составит около 4%. «Это неплохой показатель, хотя он и вызывает некоторые сомнения из-за несопоставимости данных Росстата», - прокомментировал Николаев. В 2011 году, по прогнозу ФБК, рост ВВП будет в пределах от 0 до 1,5%. «В 2011 сойдут на нет эффект отложенного спроса и эффект базы, которыми был обусловлен экономический рост в этом году», - пояснил Николаев. По его мнению, не способствуют росту и амбициозные планы России по проведению крупнейших спортивных мероприятий – Олимпиады в Сочи-2014, Универсиады в Казани-2013, гонок «Формулы-1» и, конечно, Чемпионата мира по футболу-2018. «Расходы на все эти мероприятия будут непомерными – по нашей оценке, только на ЧМ мы потратим 86,8 млрд долларов, и риски очень велики», - заключил Николаев.

Заместитель директора ИМЭМО РАН Евгений Гонтмахер считает, что в этом году России удалось найти свою модель модернизации, которая может привести к парадоксу. «Через несколько лет наше общество может разделиться на две части – 15-20% будут жить по западным стандартам, а остальные «выпадут в осадок», маргинализируются», - предположил эксперт. По его словам, модель «двух Россий» напоминает ситуацию рубежа XIX – XX веков. Меньшая часть населения, по мнению эксперта, рано или поздно будет встроена в западную элиту, в том числе экономически. Большую же часть населения, по его словам, будут поддерживать, в том числе за счет «социальной ответственности бизнеса», чтобы «не допустить их выхода на улицу и массовых выражений недовольства».

Председатель Межгосударственного статистического комитета СНГ Владимир Соколин отметил, что нынешнюю ситуацию в экономике можно описать термином «восстановительный рост», который был предложен после кризиса 1998 года Егором Гайдаром. «И тогда, и сейчас причиной некоторого роста ВВП была вовсе не успешная экономическая политика, а эффект базы. Мы просто оттолкнулись от дна», - прокомментировал Соколин. Он констатировал, что уходящий год не был использован правительством для лечения основной российской болезни – сырьевой зависимости. Поэтому, по его мнению, особых поводов для оптимизма в отношении экономического развития в 2011 году нет. «Вероятно, это будет год накачки денег в экономику, что аукнется в выборном 2012 году», - заключил Соколин.

По словам советника Института современного развития Никиты Масленникова, весь мир, и Россия в том числе, сталкивается с новой экономической ситуацией, которая пока понятна процентов на 10-15%. Экономические риски 2011 года связаны, в частности, с зависимостью России от мировых цен на продовольствие. «В следующем году неизбежно будут расти цены на зерно, кукурузу, а также на «колониальные» товары – кофе, какао-бобы и другие, что негативно скажется на нашей экономике», - пояснил Масленников. Также, по его словам, вызывает опасение рост импорта в России на фоне падения экспорта. Эксперт отмечает, что мы приближаемся к нулевому сальдо счета текущих операций. По его мнению, в течение ближайших 5-7 лет негативной будет и конъюнктура мировых цен на нефть, что также отрицательно скажется на развитии российской экономики.

Главный итог 2010 года по мнению директора программы MBA Московской школы управления «Сколково» Сержа Хейварда – это то, что бизнес-сообщество начало извлекать из кризиса определенные уроки. По его словам, в Европе прошла эйфория конца 90-х – начала 2000-х годов. «Раньше индустриальный рост вел к увеличению рабочих мест. А сейчас рост Google или Facebook новых рабочих мест не создает. Это повод задуматься о том, в чем смысл – в росте или в качественном развитии экономики», - отметил Хейвард. Он также обратил внимание на то, что экономический анализ становится все более субъективным, и получить качественные показатели – например, о развитии медицины, транспорта – очень сложно.

СЕЛУ НУЖНЫ УМНЫЕ МАШИНЫ

Продовольственная безопасность России может быть достигнута только на основе высоких технологий, освоение которых немыслимо без современной техники и оборудования

Константин Бабкин, президент ассоциации «Росагромаш»

Эта идея заложена в Доктрине продовольственной безопасности России, которую утвердил совсем недавно, 30 января этого года, президент страны. Тем не менее, прошло достаточно времени для ее осмысления с позиций государства, экономики и бизнеса. Поэтому стоит взглянуть еще раз на состояние отечественного сельскохозяйственного машиностроения, в определенном смысле - главного инструмента в процессе модернизации агропромышленного комплекса с тем, чтобы понять, в каком оно состоянии и что, в первую очередь, надо сделать для достижения поставленной цели.

Интеллектуальный комбайн

Конечно, наиболее важная техника, необходимая для модернизации сельского хозяйства – комбайны и трактора. На сегодняшний день в России производится весь модельный ряд зерноуборочных комбайнов. Их основными производителями являются Ростсельмаш и Красноярский завод комбайнов.

Анализ конкурентных преимуществ этих машин свидетельствует, что техника, выпускаемая отечественными производителями, в основном, не уступает аналогам импортируемых на наш рынок зерноуборочных комбайнов ведущих мировых производителей. Нередко она даже значительно экономичнее, если соотносить ее технические показатели с урожайностью зерновых.

Значительно хуже ситуация обстоит с производством тракторов. Россия на сегодняшний день практически утратила свои позиции на этом рынке. В 2009 году было произведено чуть более 6 тыс. единиц из них 4,5 тыс. приходится на крупноузловую сборку Минского тракторного завода.

Высокая доля импортных тракторов в структуре рынка объясняется не только их высокой технологичностью, а, прежде всего, отсутствием российского производства некоторых востребованных на внутреннем рынке моделей. Это результат 20-летнего невнимания со стороны государства к состоянию дел в отрасли.

И не только к технике, которая работает в поле. Средний возраст производственного оборудования на российских машиностроительных предприятиях сегодня составляет 16-25 лет (мировой уровень – 5-8 лет). Согласно подсчетам Минэкономразвития России темпы обновления основных средств крайне низки, и в целом по стране составляют 2,6%.

Для того чтобы ускорить решение этой проблемы на селе, недавно в правительстве рассмотрена схема стимулирования с 2011 года обновления парка зерноуборочных и кормоуборочных комбайнов и энергонасыщенных тракторов с использованием механизма государственной поддержки утилизации сельскохозяйственной техники со сроком службы более 10 лет.

Основная причина выбытия техники, которое, к сожалению, мало компенсируется новыми приобретениями – рост технических нагрузок, которые сегодня превышают нормативные требования в среднем в 3 раза. К нынешнему году парк сельхозтехники в сравнении с 1990-м составил: по тракторам – 65,7%, зерноуборочным комбайнам – 66,5%, кормоуборочным комбайнам – 76,2%, культиваторам – 68,3%, сеялкам – 66,0%.

На общем фоне мирового кризиса производство техники сократилось на 40%, рынок упал в три раза и составил 1 739 млн. долларов США. Потребление машин российского производства на внутреннем рынке в это время сократилось на 44,5% до 1 081 млн. долларов США, импортные поставки техники упали на 81,7% до 658 млн. долларов США.

В свою очередь, зарубежные производители при соответствующей поддержке своих государств, испытали  значительно меньшие потрясения. К примеру, в США и ЕС производство и рынок сельхозтехники уменьшился лишь на 20%.

В тоже время, анализ спроса показал высокую потребность на внутреннем рынке в сельскохозяйственной технике. По состоянию на 1 февраля 2010 года было  подано в Россельхозбанк и Росагролизинг заявок на покупку 43,1 тыс. единиц техники на общую сумму 48,04 млрд. рублей. То есть реальная потребность в технике достаточно велика, но из-за низкого уровня  платежеспособности села она не удовлетворяется.

По экспертным оценкам для преодоления сложившегося разрыва требуется гораздо более интенсивное пополнение парка сельхозмашин. Ежегодные закупки техники должны быть в пределах не менее 90-100 млрд. рублей (эти оценки базируются на ценах российских  производителей).

Низкий внутренний спрос на отечественную технику порождает недостаточную загрузку мощностей машиностроительных заводов и практически нулевую рентабельность предприятий отрасли, что не дает самостоятельно сконцентрировать финансовые ресурсы для более масштабной, чем сегодня, модернизации производства.

Какая же техника сегодня необходима российскому селу? Рассмотрим некоторые тенденции в сельском хозяйстве.

Тенденции при обработке почвы и посеве. Выбор технологий возделывания сельскохозяйственных культур является одним из определяющих факторов получения высокого урожая. А потому, в области обработки почвы и посева на первом плане стоит задача повышения эффективности и защиты почв.

Сегодня все больше хозяйства стараются приобретать посевные почвообрабатывающие комплексы, выполняющие за один проход до семи технологических операций. Применение таких комплексов позволяет сократить количество проходов машин, что в свою очередь, снижает затраты труда, расход топлива, способствует сохранению в почве влаги.

Применение космических технологий в растениеводстве и почвообработке привели к появлению в сельском хозяйстве нового направления – прецизионного земледелия. Использование таких систем как Glonas и GPS повышают точность выполнения работ в среднем на 7%. Это также ведет к сокращению затрат труда, расходу топлива, минеральных удобрений и средств защиты. Подобные устройства уже поступают на российский рынок. Пока преобладает предложение от западных производителей, но есть и российские аналоги. К примеру, технологии прецизионного земледелия предлагает самарская компания «Евротехника».

Тенденции в уборке урожая. Более короткие периоды уборки зерновых культур и постоянно усложняющиеся условия проведения полевых работ, а также непредсказуемые погодные условия требуют мощных, надежных и высокопроизводительных комбайнов.

Качество урожая стоит на первом месте. Поэтому тенденция однозначно направлена в сторону автоматизации обмолота и разработки сенсорных датчиков для постоянного контроля качества убираемого урожая.

Требования к качеству уборки зерновых продолжают возрастать. Это означает сокращение доли дробленного зерна, убранная масса должна чисто обмолачиваться. Все эти операции возложены на современный зерноуборочный комбайн.

Применение электронных вспомогательных устройств для регулировки, а также информационных и управляющих систем на базе GPS помогают комбайнеру оптимально провести уборку урожая. Таким образом, комбайн будущего должен быть не только высокопроизводительным, но и в большей степени использовать искусственный интеллект. В центре внимания будущих разработок в комбайностроении находится дальнейшее повышение сезонной производительности и качества работ.

Тенденции в хранении и очистке зерна. В настоящее время в стране обострилась проблема механизации послеуборочной обработки и хранения зерна. Особенно актуален вопрос подготовки семян, которому в России никогда не уделялось должного внимания.

По данным Госсеминспекции, в последние годы в России семян 1 класса высевают не более 20%, тогда как в ведущих зернопроизводящих странах – 90-95%. Некондиционных семян высевают 10,5-35%. Поэтому урожайность зерновых культур в России, как правило, не превышает 17-18 ц/га, тогда как, например, в Канаде, имеющей близкие погодно-климатические условия, она составляет 50-60 ц/га. Недобор урожая только из-за неудовлетворительной подготовки семян в среднем по стране составляет 10-15 млн.тонн.

Нельзя сказать, что у нас в стране невозможно решить эту проблему. Сегодня, к примеру, воронежское предприятие «Воронежсельмаш» работает над созданием технологической линии для качественной и экологически чистой подготовки семян к посеву с применением фотоэлектронных сепараторов. Их использование позволит отсортировать по форме, размеру и цвету и выделить наиболее продуктивные семена высокого качества, минимизировать применение ядохимикатов и пестицидов на этапе предпосевной обработки, увеличить урожайность на 10-20%.

Тенденции в производстве кормоуборочной техники. Создание оптимальной производственной цепочки при уборке кормов является основным условием для получения качественного корма. Поэтому в кормозаготовке необходимы высокопроизводительные технологии. Это достигается в первую очередь благодаря прицепным или самоходным косилкам с большой шириной захвата.

Новые поколения пресс-подборщиков для рулонов и тюков с измельчителями и высоким уплотнением обеспечивают высокое качество рулонов и тюков. Электронные системы управления пресс-подборщиками помогают водителю и обеспечивают оптимальную подачу массы в машины. Ярким представителем в создании кормоуборочной техники является компания Клевер.

Рациональная экономика

Решение подобных технологических задач не может быть осуществлено только лишь в рамках НИОКР предприятий отрасли. Необходимо инициировать деятельность научно-исследовательских и академических институтов, у которых сегодня много известных проблем. Но даже если организовать научную среду, и этого будет мало. Дело в том, что эффективному развитию сельскохозяйственного машиностроения России сегодня препятствуют малодейственная таможенно-тарифная политика, незначительный уровень инновационной активности в отрасли, недостаточное производство новой приоритетной сельскохозяйственной техники, низкая технологическая конкурентоспособность отечественной продукции, применение устаревших технологий производства, а иногда стопроцентная изношенность основного оборудования, инвестиционная непривлекательность отрасли и недостаточность оборотных средств у предприятий, утрата значительной части инфраструктуры (научно- исследовательских институтов, конструкторских бюро, опытно-экспериментальных баз, центров испытаний и технического контроля), отсутствие организаций по стандартизации и сертификации.

Эти вопросы были рассмотрены 10 июня на заседании рабочей группы по технической и технологической модернизации сельского хозяйства и сельскохозяйственного машиностроения, созданной при российском правительстве по поручению премьер-министра Владимира Путина. Перечень конкретных задач, которые необходимо будет решить в краткосрочной и среднесрочной перспективе, достаточно весом. Он включает вопросы этого года и предстоящих трех лет.

В этом году пришлось вновь вернуться к проблеме доведения субсидий из федерального бюджета на возмещение части затрат на уплату процентов по кредитам (займам). В 2011-2013 годах намечено увеличить объем средств на техническую и технологическую модернизацию сельского хозяйства в соответствии с представлением Минсельхоза, Минпромторга и Минфина РФ. Эти деньги в основном пойдут на увеличение до 100% размера субсидий на возмещение части затрат на уплату процентов по кредитам, что позволит существенно, на десятки миллиардов увеличить портфель заказов товаропроизводителей на различные виды техники, в том числе и отечественного производства. Решено разработать механизм субсидирования платежей по коммерческому лизингу российской сельхозтехники, которого у нас пока нет. Наконец, решено оптимизировать процедуру предоставления субсидий, которая излишне забюрократизирована.

Мешает отрасли и недобросовестная конкуренция со стороны зарубежных производителей сельхозмашин, что отмечено в правительстве. Оптимизации условий работы наших зарубежных партнеров на российском рынке будет способствовать утверждение требований к уровню локализации производства техники с участием иностранных компаний.

Будет сохранена и оптимизирована структура машиноиспытательных станций, которую чуть не уничтожили до конца. Кстати, через эту систему, что неправильно, не проходит техника импортного производства, технические и технологические преимущества которой нередко носят рекламный характер и не подтверждены на российских полях в различных климатических зонах. Возможно, в ближайшее время в сторону снижения будут пересмотрены кредитные ставки Россельхозбанка.

Учитывая застарелость проблем и сложность быстрой модернизации отрасли, Минпромторгу РФ поручено до 30 ноября этого года разработать стратегию развития сельскохозяйственного машиностроения на период до 2020 года и план мероприятий по ее реализации на среднесрочную перспективу, а Минсельхоз в партнерстве с Минпромторгом должен до 30 сентября сделать анализ структуры парка сельхозтехники и составить прогноз спроса на отечественную технику до 2013 года по годам и перечень перспективных образцов и требований к ним для организации их производства в России.

Конечно, нужно отрабатывать и другие экономические инструменты, активно используя опыт наших зарубежных партнеров и конкурентов на мировом рынке, где Россия уже пытается закрепиться. Для зарубежных производителей эффективным механизмом проведения технического перевооружения является увеличение льготных амортизационных отчислений в первый год до 50% от первоначальной стоимости оборудования. К примеру, в Японии в первоначальный период амортизируется 25% стоимости оборудования, остаток амортизируется обычным способом. Во Франции ускоренная амортизация реализуется по схеме: 50% износа списывается в первоначальный период, остальная часть стоимости оборудования – равномерно. Аналогичные условия с 2001 года действуют для производителей сельхозтехники в США. В Германии 60% списывается в начальный период, а далее по 10% до полного списания.

Для российских производителей амортизационная льгота в среднем в 5 раз меньше и составляет лишь 10%. 

Стоимость кредитов на модернизацию. Высокие процентные ставки за кредитные ресурсы в коммерческих банках (16-18% при ставке рефинансирования Центрального банка Российской Федерации 7,75%) и низкая рентабельность обрабатывающих производств (максимум до 7%) не позволяют большинству организаций сельскохозяйственного машиностроения привлекать коммерческие кредиты на развитие производства и техническое перевооружение. Это, в свою очередь, негативно отражается на производстве продукции и её конкурентоспособности.

Например, правительства европейских стран предоставляют промышленным компаниям льготные кредиты под 2-2,5% годовых. В Китае государство дает своим производителям безвозмездные субсидии на приобретение нового оборудования.

Субсидии на производство. Одной из важнейших форм государственной поддержки, принятой во всем мире, считается субсидирование промышленности. Практически любая страна в большей или меньшей степени использует субсидирование для решения социальных и экономических задач.

В Германии, например, существует система субсидирования кредитов для сельхозмашиностроителей, приобретающих технологическое оборудование, в размере от 15 до 40 процентов (в зависимости от региона). Аналогичные программы действуют и в других европейских странах. Например, в Италии предприятию, закупающему оборудование, 50% стоимости всех затрат компенсирует государство путем снижения налогового бремени в последующие периоды.

В России субсидирование кредитов на техническое перевооружение стало возможно лишь в 2009 году. Необходимо признать, что существующие Правила предоставления предприятиям субсидий на техническое перевооружение, не оказали ожидаемого эффекта.

Дело в том, что субсидии не распространяются на все виды инвестиций, связанных с техническим и технологическим перевооружением. То есть, необходимо рассматривать «техническое перевооружение» значительно шире, как возможность предприятия провести обновление основных производственных фондов – строительство необходимых производственных помещений (в том числе для складской логистики), развитие инфраструктуры (проведение электричества, газа), оснащение цехов и конструкторских бюро современным программным оборудованием и прочее.

Экологические субсидии. Практика господдержки экологических проектов компаний широко используется на Западе и напротив, практически не применяется в России. В Германии государство датирует 50% стоимости оборудования, закупленного по экологическим проектам. В Австрии получила развитие практика применения экологических субсидий на разработку новых технологий и ссуд на оснастку оборудованием природоохранного предназначения, на поддержание качества среды или субсидий для покрытия ссуд. Кроме этого, в стране существует инвестиционная премия за капитальные вложения, направленные на охрану природы.

Субсидии на НИОКР. Мировые компании на НИОКР и конструкторские разработки направляют до 3% прибыли. Для примера, крупнейший американский производитель сельхозтехники компания «Джон Дир» ежедневно на научно-конструкторские разработки направляет миллион долларов.

Стоит отметить, что с 2006 года, еще в рамках Плана мер по развитию сельскохозяйственного машиностроения до 2008 года, утвержденного Правительством России, были объявлены всего 3 конкурса по НИОКР и только один проект (создание комбайна 6 класса) реализован от начала до конца. Проект же ведомственной целевой программы по разработке оборудования для животноводства и кормопроизводства на период 2006-2008 гг., входящий в План мероприятий, так и не увидел своего будущего.

Однако количество выпускаемых образцов современной отечественной техники ежегодно растет благодаря работе самих машиностроительных предприятий. Если в 2005 году на государственных машиноиспытательных станциях было испытано чуть более 30 новых моделей, то в 2009 году - уже более 160. Необходимо отметить, что новые российские разработки по своим техническим параметрам не уступают зарубежным аналогам, а по экономической эффективности в российских почвенно-климатических условиях значительно их превосходят.

В целях ускоренного освоения и выпуска современных моделей сельскохозяйственной техники необходимо значительно увеличить количество открытых конкурсов на проведение новых проектов по разработке и созданию колесных тракторов, зерноочистке, современного оборудования для животноводства и кормопроизводства и др.

Поддержка экспорта. Российская сельскохозяйственная техника поставляется более чем в 30 стран мира. До 50% экспорта приходится на Республику Казахстан, более 14% Украину. Поставляется она также в Италию, Германию, Японию, Латвию, Польшу, Румынию и другие страны.

Россия в 2006 году направила 1 млрд. долларов США на оказание государственной гарантийной поддержки, 3 млрд. рублей на возмещение части затрат на уплату процентов по кредитам. Тем не менее, эффективность их применения оставляет желать лучшего. Основными причинами низкой эффективности использования финансовых гарантий являются длительная и забюрократизированная процедура их предоставления, которая требует большого количества согласований между федеральными органами исполнительной власти, предприятиями-экспортерами, банковскими структурами, а также необходимость ежегодного утверждения порядка предоставления гарантий правительством. Для получения государственной гарантии российскому экспортеру требуется представить порядка 30 документов, банку, кредитующему экспортера или импортера, – порядка 60 документов.

В настоящее время этот механизм не действует, и не одной сделки с его поддержкой реализовано не было.

Экспортные кредиты. Конкурентные преимущества отечественных компаний на внешних рынках значительно снижены ввиду отсутствия механизмов господдержки, которыми пользуются зарубежные производители.

К примеру, правительства США, Германии, Италии и многих других стран через действия государственных банков и гарантийных агентств, таких как ЭксимБанк (США) и Гермес (Германия) предоставляют покупателям своей продукции кредиты на 8 и более лет под льготный банковский процент. Зарубежные покупатели российской продукции таких условий финансирования не имеют.

В итоге российские производители вынуждены требовать 100% предоплаты при поставке своей продукции на экспорт, притом, что зарубежные компании реализуют свою технику в кредит на 10 лет зачастую без первоначального взноса под 3-5% годовых. Это радикально снижает конкурентоспособность российского экспорта сельхозтехники.

Государство должно софинансировать высокотехнологичные разработки наравне (или в большей степени) с машиностроительными предприятиями. По всей видимости, для достижения этой цели стоит рассмотреть идею создания научно-технического фонда на основе государственно-частного партнерства с экспертным советом в составе представителей государства, науки и бизнеса. Такой фонд должен обладать солидными финансовыми средствами и прозрачной системой их выдачи ученым и разработчикам с обязательной публикацией заявочных и окончательных результатов в открытой печати.

Как и в любом независимом профессиональном сообществе, в АПК есть свои эксперты и аналитики высокого уровня. Необходимо не только знать их мнение, но и подвергать его проверке на широких профессиональных форумах и на специализированных выставках. Более того, ни один законопроект, ни одна государственная программа, ни одна важная экспертиза не должна быть утверждена без заключения профессионального сообщества, которое, кстати, должно поделить ответственность за состояние дел в отрасли с государством.

Пенсия повзрослеет

Повышение возрастной границы выхода на пенсию само по себе не решит финансовых проблем пенсионной системы, а значит, не обеспечит достойной старости гражданина, что в особенности касается жителей моногородов и сельских поселений

 

Алексей Сутурин

 

Социальная защита

 

 gontmaher_nikolaev

Евсей Гурвич, Евгений Гонтмахер и Игорь Николаев (слева направо)

 

Среди экспертов уже стал общепризнанным тот факт, что пенсионер в последние годы в России стал чуть ли не самым социально защищенным гражданином. Также не секрет, что на селе и в моногородах пенсия «ушедшего на отдых» хоть как-то помогает жить целым семьям. Однако пришло время понять, что же нас ждет в ближайшие годы, поскольку у бюджета на пенсионное обеспечение денег не хватает уже сегодня. Эта нехватка составляет более одного триллиона рублей.

Пенсионная реформа еще на слуху. У нее есть результаты. Но при более пристальном внимании они кажутся призрачными. Страховая и накопительная части пенсии пока не срабатывают в том формате, что были задуманы. Недалеко то время, когда при выходе на пенсию это событие будет называться страховым случаем. Такая реальность возникнет у относительно молодых людей в будущем, и она у некоторых из них вызывает немалый страх, главным образом у тех, у кого низкие заработки. Поэтому, сколько они сами себе заработают на пенсию с грошовым заработком, всем понятно. Отчасти поэтому совсем недавно вновь ожила идея повышения пенсионного возраста, озвученная министром финансов России Алексеем Кудриным (отрадно, что не главными лицами государства). Такая постановка проблемы не уникальна и занимает умы во многих странах. К примеру, в июле этого года во Франции прошла законодательная поправка, повышающая пенсионный возраст с 60 до 62 лет. Некоторые государства уже давно сделали подобные изменения, которые разнятся лишь по возрастной границе.

Нельзя сказать, что специалисты в России не занимаются проблемами пенсионного обеспечения. В ходе недавней пенсионной реформы, кажется, было сделано немало, но она так и не решила главных проблем социальной защиты. Как, собственно говоря, выразился Евгений Гонтмахер, заместитель директора ИМЭМО РАН, член правления Института современного развития, от этой реформы уже ничего не осталось. И тут же добавил – не умеет наша власть осуществлять крупные социальные проекты. Может, цели реформы государственные чиновники понимают по-своему, не так, как человек, уходящий на пенсию?

Что же делать? Или лучше сказать так: какие нужны действия в социальном проекте по реформированию пенсионной системы, чтобы хотя бы приблизиться к тем европейским пенсионерам, которые, как молодые, ездят по всему миру и ни в чем себе не отказывают?

14 июля 2010 года в Москве на очередном заседании Экономического клуба ФБК на тему «Спасет ли бюджет ПФР повышение пенсионного возраста?» ведущие российские экономисты попытались ответить на эти вопросы. Точнее, оценить, готова ли Россия к повышению пенсионного возраста, а главное – поможет ли эта мера (в отсутствие других системных мер) снизить дефицит Пенсионного фонда и решить структурные проблемы?

Директор департамента стратегического анализа ФБК Игорь Николаев отметил, что одно лишь повышение пенсионного возраста не решит всех проблем пенсионной системы. Несколько десятков миллиардов рублей (по разным оценкам, от 40 до 90 млрд.), которые Россия может получить в результате повышения пенсионного возраста, не спасут бюджет ПФР от дефицита, который на порядок больше.

- Нужны изменения в самой системе, в принципах ее функционирования, - считает экономист. - По заявлению руководителей ПФР его дефицитность сокращается в этом году с 2,9 % ВВП до 1,8 % ВВП.  Естественно, ведь государство резко повысило социальные налоги. Но расчеты по 12-му году показывают, что снова будет рост дефицита, и снова он составит больше одного триллиона рублей. Видно, путем только повышения социальных налогов проблема не решается. Я уверен, что она не решается и путем повышения пенсионного возраста. Хотя мое личное мнение – никуда мы от этого не денемся.

Но есть у экспертов убеждение и в другом. Любая страховая система работает тогда, когда взносы платят все, а страховой случай наступает далеко не для каждого. А мы почему-то в ходе недавней реформы подумали, что в пенсионном обеспечении страховые принципы будут работать, где теоретически страховой случай наступает для каждого. Представьте, вы застраховались по ОСАГО, все бьют машины и все получают возмещение. Может быть такое? Нет.

- Не надо питать иллюзий, - продолжает эксперт. – В полной мере страховые принципы никогда не будут работать в пенсионном обеспечении. Я убежден, что именно с этого конца надо заходить, когда мы думаем о сущности пенсионного реформирования, а не только о том, что надо решать задачи повышения пенсионного возраста и увеличения социальных налогов.

Итак, сегодня повышать границу пенсионного возраста экономически неоправданно. Более того, думается, что это безнравственно, поскольку в соответствии с данными статистики большинство мужчин не доживут до пенсионного возраста, если поднять планку до 62 лет. Аналитики утверждают, что если совсем недавно было проблемой достичь 60-летнего рубежа, то теперь положение вещей улучшилось, и наши мужчины средне статистически стали доживать до 61,8 года. Это немного, конечно – полтора года на заслуженном отдыхе. (Интересно будет узнать нашему читателю, что российские женщины живут на пенсии чуть ли не больше всех в мире, даже больше японок, а именно порядка 20 лет).  Думая о повышении границы пенсионного возраста, надо понимать, чем вызвана такая низкая продолжительность жизни мужчин? В значительной степени этот показатель предопределяется тем, что у нас в сравнении с мировыми социальными уровнями очень высокая смертность от внешних причин, к примеру, на автодорогах.

Не будем здесь анализировать сами эти проблемы. Достаточно сказать, что прежде, чем повышать пенсионный возраст, логично было бы устранить причины низкой продолжительности жизни российских мужчин. А это уже вопросы к государству и его социальной политике, к его часто малоэффективным социальным проектам и инструментам.

Именно на инструментах в большой степени сосредоточил внимание участников дискуссии руководитель Экономической экспертной группы (ЭЭГ) при Правительстве РФ Евсей Гурвич. Он считает, что для решения проблемы дефицита ПФР должна быть решена проблема досрочного выхода на пенсию и введены ограничения на одновременное получение пенсии и заработной платы. Однозначно, эти меры не станут популярными в обществе. Но уравновешивать эти соотношения необходимо, поскольку их цена для общества и бюджета слишком высока.

Евсей Гурвич также обратил внимание на то, что сегодня примерно 30% работающих не платят налоговые отчисления (ввиду существования серых и черных зарплат), а пенсионеров (за счет досрочных пенсий, пенсий по инвалидности и т.д.) у нас почти на треть больше, чем людей пенсионного возраста. В итоге, отметил эксперт, коэффициент замещения* в России составляет всего лишь 18%, в то время как в развитых странах около 70-75%.

Как видим, разница такова, что можно понять, почему западные пенсионеры по российским меркам в ус не дуют. Между тем, там вполне работоспособны и страховые принципы пенсионной системы, которые, конечно, отличаются от российских стандартов. Более того, само пенсионное обеспечение многоуровневое. Попросту говоря, люди копят на пенсию с помощью нескольких инструментов и всю жизнь.

В России некоторый положительный опыт уже получили негосударственные пенсионные фонды, с их помощью развивают пенсионное обеспечение своих работников крупные корпорации. Но процесс идет не просто или совсем непросто. Что такое альтернативное пенсионное обеспечение, мало кто из россиян понимает, особенно на селе. Точнее, нет у нас такого социального опыта. Поэтому в стране много так называемых «молчунов», которые не делали выбора, а автоматически ушли под государственное управление. Нередко понапрасну. Корпоративные льготы и пенсии** очень подвижны. Но существуют они далеко не везде и только в среде обеспеченных людей.

В ходе дискуссии принципиальный выпад сделал Евгений Гонтмахер, обращаясь к заместителю исполнительного директора НПФ ВТБ Пенсионный фонд Александру Львову и, конечно, к другим ее участникам.

- Скажите, а сколько таких фондов в городе Н*ске?

Ответ был очевиден. Нисколько. Негосударственное пенсионное обеспечение по большому счету находится в начальной стадии своего формирования. По многим причинам, но думается, главная – в низких заработках и зарплатах будущих пенсионеров. И все-таки его уже можно сравнивать с системой ПФР и назвать его привлекательным. Важно и то, что такие фонды формируют у граждан страны понимание того, что свою пенсионную жизнь надо строить с молодых лет.

ljvov

И все же негосударственные фонды живут в общей системе, но со своим взглядом на проблему. Александр Львов среди главных причин возникновения пенсионной дыры назвал «досрочников» (люди, имеющие право на досрочную пенсию – работники вредных производств, те, кто работает на крайнем Севере и т.д.) и получающих пенсию по инвалидности. Кроме того, он обратил внимание на то, что корпоративные и индивидуальные пенсионные договора негосударственных пенсионных фондов – как краткосрочные, так и долгосрочные – заключены на основе действующего пенсионного возраста (55 и 60 лет), в соответствии с ним рассчитаны все финансовые обязательства и резервы таких фондов. В случае увеличения возраста выхода на пенсию неизбежно возникнет юридическая коллизия и встанет вопрос о компенсации издержек для клиентов, которые вынуждены будут работать дополнительные годы.

Как видим, в пенсионной системе по-прежнему много проблем, которые надо открыто обсуждать в различных слоях общества, особенно в моногородах и на селе, имея лишь «в уме» высказывания высокопоставленных государственных чиновников, но не опираясь на них. Действительно, согласишься с Евгением Гонтмахером в том, что не хватает в России такого социального опыта – ни у государства, ни у общества.

Кстати, по его же словам, если люди будут выходить на пенсию позже, их здоровье в большинстве случаев будет основательно подорвано. Следовательно, они станут получать пенсию по инвалидности. Не решит проблему дефицита ПФР, по мнению эксперта, и повышение страховых взносов. Людям просто перестанут повышать зарплату, чтобы не платить больше отчислений в Пенсионный фонд, вырастет доля серых зарплат, - прогнозирует Евгений Гонтмахер. По мнению эксперта, чтобы поднять пенсионный возраст государство должно предложить обществу своего рода компенсационный пакет – в виде нормальной системы взаимодействия стариков и детей. Как говорится, счастлива та молодая семья, у которой есть бабушка. Особенно, если она зимой живет в городе, а летом – в деревне.

*Коэффициент замещения – показатель, при помощи которого оценивают достаточность пенсионного обеспечения. Чтобы не потерять в уровне жизни при выходе на пенсию, человеку требуется иметь доход в размере 60-90% от утраченного заработка.
В странах Западной Европы коэффициент замещения утраченного заработка с обязательной трудовой пенсией в среднем равен 60%. Если быть точным - в Италии и Испании – 90%, в Швеции и Германии – 65%, во Франции, Японии и США – 50%.

Уже в 1933 году Международная организация труда (МОТ) рекомендовала устанавливать пенсии с учетом стоимости жизни, чтобы пенсия была достаточной для покрытия основных нужд и трудящиеся в престарелом возрасте не испытывали лишений.

Начиная с 1952 года, МОТ стала устанавливать минимальный рекомендуемый коэффициент замещения. Конвенция МОТ 1952 года № 102 устанавливает, что предоставляемое посредством страхования пособие по старости через 30 лет страхового стажа должно быть не менее 40% утраченного дохода застрахованного лица.

Конвенция МОТ 1967 года № 128 определила рекомендуемый уровень пенсии по старости в 45% (дополняющая ее Рекомендация МОТ 1967 года № 131 – в 55%).

Россия до сих пор не ратифицировала указанные конвенции МОТ. Средний коэффициент замещения утраченного заработка обязательной трудовой пенсией составляет 25-27%, причем для высокооплачиваемых категорий работников коэффициент замещения может составлять 10% и менее.

**Корпоративные льготы и пенсии:

Долгосрочное стимулирование персонала: льготное кредитование, оплата обучения, корпоративная пенсия, долгосрочное страхование жизни, владение акциями/опционами компании.

Корпоративные социальные льготы: медицинское страхование, страхование от несчастного случая, корпоративная пенсия, абонементы в спортклубы, оплата обучения, жилья, детского сада или обучения детей, скидки на продукты и услуги компании облегчают быт сотрудников, экономя их время и деньги, повышают качество жизни.

У эволюции появился конкурент

На волне передела мирового рынка продовольствия России необходима жесткая административная система биологической безопасности и активное развитие генной инженерии

Алексей Сутурин

Наука и бизнес

Похоже, генетика уже «смешала карты» эволюции. Ее путь при естественном отборе занимает миллионы лет, селекционеры преодолевают его за десятилетия, в лаборатории генные инженеры проходят его за год-два. В связи с этим возникает много вопросов о долгосрочном влиянии продуктов ученых на человеческий организм и окружающую среду. В особенности к крупным корпорациям пяти стран, активно использующим генетически модифицированные организмы в сельском хозяйстве и пищевой промышленности: США, Канады, Бразилии, Аргентины, Китая. Именно они, по всему видно, пытаются перекроить мировой продовольственный рынок.

- Россия пока в стороне, хотя нормативно-правовая база, созданная в последние годы в этой области, если и не вполне согласуется с сильной европейской, но вовсе неплоха, - утверждает Владимир Кузнецов, директор Института физиологии растений имени К.А.Тимирязева. - Все бы хорошо, однако административная система, контролирующая исполнение законов по генно-инженерной деятельности, в России  вообще отсутствует, также как и система обоснованного принятия решений, которая включает оценку и предупреждение соответствующих рисков генно-инженерной деятельности.

То есть на нашем рынке, по сути, можно делать все, что захочется, а бизнес может использовать ГМО в сельском хозяйстве и пищевой промышленности бесконтрольно даже при  самой хорошей нормативно-правовой базе.

В этом году научно-экспертный совет при председателе Совета Федерации РФ провел в Институте биологии развития имени Н.К.Кольцова РАН заседание на тему «Генетически модифицированные организмы, их влияние на человека и среду его обитания». К этой проблеме обратилась католическая церковь. Вскоре, возможно, будут расширены принципы Картахенского протокола о биобезопасности (к которому Россия, кстати, по непонятным причинам пока не присоединилась) – единственного международного документа в области трансграничного перемещения ГМО. Это понятно. Широкое использование ГМО теоретически, а есть немало ученых, которые утверждают, что уже и практически, может изменить естественный ход эволюции.

Вправе ли власть и общество допустить это?

- Креста на них нет, - и в шутку, и всерьез сказал доктор экономических наук, советник по сельскому хозяйству председателя Совета Федерации РФ Леонид Холод, рассказывая о генных инженерах и их работах по ГМО. – Однако значение этой деятельности для мирового рынка продовольствия переоценить трудно. К примеру, эффективность сельского хозяйства в Европе достигла своего предела, правительствам еврозоны сегодня крайне обременительно дотировать сельхозпроизводство, а ГМО открывает новые перспективы.

Правда, евросоюз ввел шестилетний мораторий на производство ГМ-продуктов в своей зоне. Но решение это скорее экономико-политическое, как утверждает директор Центра «Биоинженерия» РАН Константин Скрябин.

Европейское законодательство, уже разработано самым тщательным образом. Оно, с одной стороны, защищает население от возможных рисков, а с другой, не мешает бизнесу. Только в Австрии существует абсолютное запрещение на использование ГМО, другие европейские страны, так или иначе, применяют его в производстве пищевых продуктов и в животноводстве.

- Голландские коровы, которые дают знаменитое на весь мир молоко, едят корм с ГМО, и никого это не возмущает, - продолжает Константин Скрябин, активный сторонник достижений генной инженерии. – Евросоюз ежегодно закупает 27 миллионов тонн генетически модифицированной сои. За последние 10 лет площади под ГМО увеличились в мире в 80 раз.

- Каждый год в мире на 10 процентов увеличиваются посевные площади под ГМО. В России ноль гектаров, - поддерживает единомышленника Виктор ТУТЕЛЬЯН, директор НИИ питания РАН. – Соя очень важный продукт в производстве колбас и других мясных продуктов. Вместо нее противники ГМО предлагают по-прежнему использовать свиную шкурку, малоценную в пищевом отношении.

Итак, несмотря на те «страшилки» о ГМО, которые уже порядка 20 лет мелькают в прессе, но которым, по правде говоря, можно верить в качестве лабораторных историй, а также несмотря на высказывания серьезных ученых – противников коммерческого использования генетически модифицированных организмов – научные работы с ГМО нельзя не только приостанавливать, необходимо их расширить, чтобы не оказаться в хвосте у цивилизации, чтобы исправлять мутации организмов и излечивать сложные заболевания, чтобы улучшить качество пищи.

С этим трудно поспорить, если отбросить эмоции. Но общественное мнение сделало свое дело. В последнее время в России закрыты десятки лабораторий с генной тематикой. Страна теряет свои позиции в области генной инженерии. Более того, утверждается, что отказавшись от ГМО, страна потеряет промышленность по производству витаминов, будут ограничены перспективы фармацевтики и медицины, а это также вопросы национальной безопасности.

По сути, эти вопросы мало волнуют общественность. Горячий вопрос – применение ГМО в сельском хозяйстве и пищевой промышленности. В настоящее время на планете примерно 110 миллионов гектаров заняты генно-модифицированными сортами. Это – соя, кукуруза, рапс, картофель, хлопчатник.

Что в России? У нас принят запрет на коммерческое выращивание ГМО. Однако существуют их поставки из-за рубежа. И не только официально разрешенные. Кстати, государственным санэпидемнадзором разрешены к использованию в стране 20 линий ГМО, главная среди них – модифицированная соя, мировое производство которой уже сегодня составляет 77 процентов от общего объема, а потребность ее использования в России велика.

А вот что на самом деле идет в продукты в качестве добавок, точно не скажет никто. Границы России не обеспечивают биологическую безопасность населения. Особенно это важно в связи с отменой обязательной сертификации продуктов питания, на которую у нас пошли. Пожалуй, только Гринпис составляет черные списки фирм, использующих ГМО вопреки своим «честным» заявлениям о натуральности продуктов. Поэтому мы знаем, что этим грешат ведущие мировые бренды, работающие на российском рынке, в том числе с детским питанием. Тем более что в России ГМО в пищу детям разрешены!

- Меня удивляет, что Госдума РФ приняла поправку, которая разрешает использование генетически модифицированные продукты в детском питании. С моей точки зрения где-где, но здесь их использование надо запретить. И непонятно, кто лоббирует, это просто противоречит здравому смыслу и опыту Евросоюза, - продолжает рассказ Владимир Кузнецов.

Итак, настала пора сказать о действительно доказанных (!) последствиях использования ГМО, которые никто из ученых уже не сможет опровергнуть.

- При выращивании ГМО снижается биоразнообразие дикорастущих форм культурных растений. Выращивание гемосортов приводит к генетическому загрязнению обычных культур. Использование трансгенных организмов, устойчивых к гербицидам, приводит к химическому загрязнению окружающей среды. Следствием является появление суперсорняков и супервредителей. Если в популяции будет присутствовать примерно одна десятая от числа особей, генетически модифицированных, то через шесть поколений, как показало математическое моделирование, это приведет к ее полной деградации.

В 2008 году в серьезном научном журнале опубликована статья турецких исследователей, которые показали, что если кормить ГМО-кукурузой животных, то в трех поколениях наблюдаются гистопатологические изменения печени и почек. Близкие данные, но не столь яркие, получены австрийскими учеными. Статья опубликована в научном журнале в 2008 году. Было показано, что скармливание уже не сои, а ГМ-кукурузы – гибрида МК-63 и МОН-810 – приводило к нарушению генеративной функции.

То есть хотим мы этого или не хотим, но все имеющиеся данные говорят о том, что при скармливании животным генетически модифицированных продуктов, причем разного происхождения – кукуруза, картофель, соя – нарушаются, во-первых, органы, которые занимаются детоксикацией, то есть по-видимому есть какой-то элемент токсического повреждения, и кроме того нарушается генеративная функция.

В результате добавления ГМО в продукты питания и в корм животных в организме угнетаются печень и почки, снижается, а в последующих поколениях (следуя математическому моделированию) исчезает репродукционная способность особей. Комитет по независимой информации исследований в области ГМО и два института Франции проводили независимую проверку безопасности той же кукурузы МОН-863, которая оказалась токсичной для печени, почек. Предложено немедленно снять ее с пищевого рынка.

- У нас эта кукуруза продается, и мы будем есть ее до конца своих дней, - формулирует риски Владимир Кузнецов.

То есть российские дети, юноши и девушки рискуют в будущем остаться без потомства. Кто докажет, что такого риска нет? Никто!

- Необходимо однозначно оценить отдаленные последствия влияния генетически модифицированных организмов на человека, - говорит председатель Совета Федерации РФ Сергей Миронов. - В частности, нужно детально продумать систему информирования населения о содержании ГМО в продукции. В этом вопросе целесообразно использовать наработки Межпарламентской ассамблеи государств-участников СНГ, поскольку в 2006 году на Межпарламентской ассамблее был разработан и принят модельный закон о безопасности деятельности, связанной с генетически модифицированными организмами. В нем заложены нормы, основанные на Картахенском протоколе о биобезопасности и законодательстве Евросоюза.

 

Справка: В мае ООН распространило последние данные о голоде в мире. Число голодающих уже перевалило за один миллиард человек. Считается, что использование ГМО в сельском хозяйстве поможет решить эту общемировую проблему, то есть проблему недостаточного и биологически несбалансированного питания, которая признана как одна из основных причин резкого сокращения продолжительности жизни человека. Есть и обратное и обоснованное мнение: ГМО не решит проблему голода на планете.

В принципе, ее может решить Россия с ее поразительными природными возможностями и без коммерческого использования ГМО.

Еще статьи...

Партнеры